Да да, видимо желчное обострение    

Ну, возможно там у них летнее пристанище, где они вьют свои гнезда, устраивают брачные игры и ритуальные петушиные бои за право свить свое собственное гнездо и проводить процесс дификации на свое родовое гнездо у самого теплого места. Также, самые главне особи зарабатывают право самого громкого крика, переходящего в визг, а также обладают правом неприкосновенности от орнитологов. В случае нарушения этого права вся стая очень свирепо нахохливает свои хохолки, жутко вращает глазами, топает ножками и громко-громко кричит. Характер у подобных птиц скверный и непредсказуемый. Если сегодня она может дать погладить себя по перьям и даже вырвать перышко из хвоста, то завтра она уже может клюнуть человека в самое неподобающее место, только потому что кто-то из сородичей этой птицы ночью нагадил на голову своему соплеменнику. В общем после всего этого безобразия, где-то в середине осени они сбиваются в "стада баранов" (с) и с курлыканьем летят на юг, попутно в декабре делая остановку в районе г. Москвы, где они снова сбиваются в стае где-нибудь на открытое пространстве где и шагают дружненько, дабы согреться. Кормиться данные птички предпочитают либо высокими птичьими идеями, либо зарубежным кормом. Отечественный корм тоже вполне переваривают, но мало кто из людей решается покормить бедных пернатых, боясь гнева главного орнитолога. И только главный орнитолог по отечески с грустью и немного с ухмылкой замечает..., что "это тоже птички из нашей популяции, так что и их тоже беречь надо" (с)...